Правда, Притцкеровский комитет последнее время упрекают в излишней политкорректности: каждый год премия уходит в разные страны, а последнего
американца наградили аж десять лет назад. Но это, пожалуй, единственный и не самый умный упрек, поскольку в отличие от Нобелевской премии Притцкеровскую дают не классикам пенсионного возраста, а самым актуальным и даже радикальным архитекторам. В 80-е это были постмодернисты, в 90-е - неомодернисты, а в прошлом году ее получил главный мастер хай-тека - сэр Норман Фостер. (Правда, недовольны немецкие парламентарии, на которых капает вода с роскошного фостеровского купола над рейхстагом).
Для России победа Коолхааса - отдельная радость, поскольку он постоянно демонстрирует свое преклонение перед русскими конструктивистами. Вместе с Захой Хадид (ведущим сегодня мастером деконструктивизма) он приезжал в Москву еще в 1970-е годы, а в своей дипломной работе 'Exodus' приземлял знаменитую 'полосу Леонидова' в центре Лондона. Это влияние ощутимо и в реализованных проектах ОМА - таком, например, как Византийский дом в Амстердаме. Русские архитекторы отвечают взаимностью: Коолхаас - один из главных кумиров молодого поколения, а выбирая лучшие здания ХХ века, московские архитекторы отдали Роттердамскому центру искусств почетное 27-е место. Оно, конечно, может и 27-е, но рядом-то были Ле Корбюзье, Френк Ллойд Райт и Мис ван дер Роэ.

Категория: На приборной доске